Кто платит за снижение акцизов на топливо?

Для временного снижения акцизов правительство изъяло 524 миллиона евро у министерств в рамках первого транша, не уточнив критерии этих сокращений. Другие полмиллиона евро, как ожидается, будут профинансированы за счет роста цен на топливо (НДС) и аукционов ETS. По сути, это финансируется за счет нашего будущего.

Как известно, в марте правительство утвердило декрет-закон о временном снижении акцизов на топливо — фиксированных налогов, которые оказывают решающее влияние на конечную цену на заправках, особенно в Италии, где они являются одними из самых высоких в Европе. Это позволило хотя бы частично сдержать рост цен на топливо, вызванный кризисом на Ближнем Востоке. Но как же государство компенсировало эти недополученные доходы?

Первый транш в размере 527,4 миллиона евро был профинансирован за счет сокращения средств, выделяемых министерствам. Затем мера, первоначально истекавшая 7 апреля, была продлена до 1 мая вторым траншем в размере около 500 миллионов евро. На этот раз он покрывается смешанным способом: 200 миллионов — за счет возросших поступлений НДС, вызванных именно ростом цен на топливо, и 300 миллионов — за счет доходов от аукционов ETS (европейской системы, обязывающей компании, производящие больше всего выбросов CO₂, платить за свои выбросы).

Как установило издание Il Post, наиболее пострадавшими от первого транша стали Министерство экономики и финансов (–127,5 млн евро), Министерство инфраструктуры и транспорта (–96,5 млн евро) и Министерство здравоохранения (–86 млн евро). Также значительный вклад в сокращение внесли министерства образования, университетов и исследований, культуры и сельского хозяйства — каждое из них потеряло более 25 миллионов евро.

Однако возникает закономерный вопрос: какие критерии использовались для распределения сокращений между различными министерствами? Декрет указывает суммы, вычтенные из бюджета каждого ведомства, но не уточняет, из каких конкретных проектов изымается финансирование и по какой логике рассчитывались эти сокращения. Вопрос подняли не оппозиционные партии, а два технических органа Сената — Служба исследований и Бюджетная служба, — которые в своих отчетах прямо потребовали детализации затронутых мер.

Тем временем последствия начинают проявляться на практике, что, естественно, вызвало полемику. Из-за этих сокращений, например, Национальный парк мира Сант'Анна-ди-Стаццема, хранящий память об одной из самых трагических массовых расправ нацистско-фашистского режима во время Второй мировой войны, получит на 90 тысяч евро меньше. Важные итальянские культурные фестивали, такие как Umbria Jazz, Spoleto Festival, Ravenna Festival и Festival Puccini, также столкнулись с сокращением министерских субсидий. В контексте общего миллиарда эти суммы не кажутся огромными, но они могут стать критическими для отдельных организаций или проектов. Однако не хватает именно публичной оценки приоритетов, которая могла бы прояснить этот выбор. Можно сделать вывод, что текущей государственной чрезвычайной ситуацией является сдерживание стоимости таких жизненно важных товаров, как бензин или дизельное топливо, но в любом случае необходимо обосновывать, почему бремя восстановления средств ложится именно на одни проекты, а не на другие. Сам министр экономики Джанкарло Джорджетти назвал эту меру способом «смягчить ситуацию». Очевидно, что это решение экстренное, но время для объяснения долгосрочной стратегии имеется — если таковая вообще существует.

Избавимся ли мы когда-нибудь от акцизов? Нет.

Временное снижение акцизов вновь открывает вечную дискуссию, которая тянется десятилетиями, не находя серьезного политического ответа, выходящего за рамки предвыборных лозунгов. Являются ли эти акцизы все еще приемлемым налоговым инструментом, особенно учитывая, что со временем накопилось множество надбавок, связанных с различными чрезвычайными ситуациями, которые так и не были отменены? Или нам стоит смириться и признать, что акцизы стали столпом налоговых поступлений, без которых мы больше не можем обойтись?

Чтобы снизить цену на заправке на несколько центов на несколько недель, пришлось изъять почти миллиард евро у здравоохранения, инфраструктуры, культуры... Это означает лишение нашего общества «кислорода» для будущего, остановку развития. Мы поддерживаем иллюзию движения только потому, что продолжаем вращать колеса наших транспортных средств, но фактически тормозим прогресс. Эти аспекты должны стать предметом политических дебатов, целью которых будет поиск ответов, ориентированных на будущее, а не просто на латание дыр без учета последствий.

Мера по временному снижению акцизов истекает 1 мая, но что произойдет, если конфликт не будет разрешен? Как сообщалось ранее, энергетический кризис может иметь «длинный хвост» и оказывать свое влияние как минимум в течение нескольких месяцев. Для мотоциклиста, который часто использует мотоцикл для отдыха и удовольствия, реальная экономия на одном баке будет незначительной. Возможность отказаться от поездки на мотоцикле — это жертва, которую мы можем себе позволить, но вопрос, который ставит эта ситуация, гораздо масштабнее, чем стоимость одного бака топлива.