Мотоциклы из Италии. Ducati. Оставим в покое Volkswagen. Клаудио Доменикали: «Любитель Ducati — один из главных акционеров компании»

Быть «Made in Italy» несложно. Но крайне трудно быть брендом номер один, чей успех признан во всем мире и чей путь служит примером для остальных. Ducati, «небольшая» компания с объемом производства 50 000 мотоциклов в год, справляется с этим. И дело не только в успехах Марка Маркеса или Пекко Баньяи...

Быть итальянским брендом и представлять Ducati — это звучит логично. Если рассматривать ценность бренда как такового, то мощь представительства Ducati в мире просто колоссальна. Если вы хотите рассказать миру об Италии, Ducati — это первое имя, которое приходит на ум. Помимо пиццы или спагетти, этот бренд олицетворяет реальный феномен, глубоко укорененный в конкретном месте, в предпринимательском замысле, в территории и в обществе.

Honda продает 20 миллионов мотоциклов в год и узнаваема повсеместно. Ducati продает 50 000, однако привлекательность итальянского бренда окрашивает планету в красный цвет, выходя далеко за пределы своего узкого круга. Harley-Davidson извлекает уроки и возвращается к «экспорту» имиджа США, переставая «импортировать» часть из своих 150 000 единиц продукции. Возможно, я не совсем точен в цифрах и соотношении сил, но мое впечатление именно таково. Ducati не одинока на арене прекрасной страны — на вопрос о мотобрендах можно мгновенно ответить Moto Guzzi, Vespa, Aprilia или MV Agusta. Но одна из причин, почему Ducati на первом месте, заключается в том, что ценность этого мифа растет в настоящем, опираясь на традиции, а не просто подпитываясь ими. У меня никогда не было Ducati, но я чувствую ее очарование. В моем гараже нет Panigale (хотя я бы предпочел там видеть GT), но я восхищаюсь технологиями и дизайном, которые исходят из одной конкретной точки — района города Болонья.

Когда звучат тревожные сигналы о возможном сокращении деятельности Volkswagen, имя Ducati всплывает в контексте, заставляя нервничать всех нас, итальянцев, прямо или косвенно. Я подхожу к Клаудио Доменикали, прерываю его групповое фото и решаюсь на вопрос.

— Можно, Клаудио? У меня есть искушение спросить тебя о слухах вокруг Volkswagen, ситуация сложная...

— Эх, да. Мы заперты в...

— Нет-нет, я сдержу любопытство и подожду результатов, это ваши дела. Но я хотел бы понять одну вещь, не связанную с победами или передовыми технологиями. Речь об «итальянскости». Как вы управляете Ducati, балансируя между приобретением и отдачей, работая с тем, что стало культурой и спортом? Как вы справляетесь с ответственностью и тем великим даром, который вы получили и который теперь «возвращаете» обществу?

— Мы опираемся на самые прекрасные ценности Made in Italy: богатство нашей культуры, нашей территории, врожденную страсть к красоте и глубокое желание итальянцев — и особенно эмилианцев — проводить время вместе. Это определенный стиль жизни: от ужина до отпуска. Это страсть к гонкам, характерная для нашего региона, Motor Valley, и к продуктам, сочетающим технологии и красоту, которые обычно производятся в ограниченных количествах. Все это создает микс, позволивший Ducati расти со временем и достичь масштабов, которые малы для мира, но важны для Италии и нашего региона. Наш оборот составляет чуть менее миллиарда евро, что является значительным показателем. Сегодня говорили об общем объеме экспорта двухколесной техники во всем мире, и мы представляем весьма существенную долю для Италии...

— Впечатляюще и очень важно...

— Безусловно, потому что объемы ограничены. Мы чуть превысили отметку в 50 000 мотоциклов, но цена за единицу очень высока. Мы не делаем маленькие мотоциклы или скутеры; это важные, ценные объекты, и мы чувствуем, что вносим значительный вклад в экономику страны.

— Как культура региона, эта локальная «итальянскость», проникает в Ducati? И в какой момент ваша работа снова становится частью культуры?

— Я верю, что это процесс, укоренившийся со временем. Ducati исполнилось 100 лет в этом году, компания всегда находилась в Борго-Панигале, поэтому она неизбежно строит связи со своей территорией. Мы чувствуем себя глубоко связанными с Болоньей, нас называют «Красными из Борго-Панигале». Это часть нашего уникального стиля управления. Многие наши ключевые сотрудники выросли внутри компании: они пришли после университета и развивались на разных должностях. Это укрепило связь...

— Включая и тебя, если не ошибаюсь...

— Включая и меня, но это также укрепило связь с университетами. Возвращать долг территории и создавать культуру — значит открывать двери компании для стажеров и выпускников. Например, мы поддерживаем программу Moto Student, где десятки студентов в процессе обучения работают над созданием гоночного мотоцикла, на котором Болонский университет соревнуется с лучшими вузами мира. Кстати, они дважды становились чемпионами мира. Нам доставляет особое удовлетворение возможность быть активным и ценным элементом в обществе. Мы не просто создаем хорошие рабочие места, но и даем возможность развивать новые таланты в захватывающих проектах. Работа в мире мотоциклов и гонок — это невероятно вдохновляющий труд для увлеченного человека.

— Верно ли сказать, что в философии Ducati культивируется дух, глубоко укорененный в итальянской идентичности?

— Безусловно. Это лучшая форма итальянскости — создание изысканных объектов, где дизайн играет фундаментальную роль. Для нас мотоциклы должны быть эмоциональными прежде всего визуально, а уже потом — в использовании. И мы стремимся к тому, чтобы они дарили эмоции в езде, стремясь к максимальной производительности, так как Ducati неразрывно связана с соревнованиями. В последнее время мы сильно эволюционировали в сторону повседневного использования: например, Multistrada V4 — это высокопроизводительный, но при этом чрезвычайно комфортный объект с отличной аэродинамической защитой и возможностью перевозки багажа. Мы расширили само понятие того, что такое Ducati. Panigale — это экстремально мощный мотоцикл, показывающий выдающиеся результаты во всех тестах, но он также эволюционировал в плане легкости управления и безопасности. У нас есть сложнейшие системы контроля тяги, заимствованные из мира гонок. Все это и составляет современное лицо Ducati.

— Бренд ассоциируется с осознанием того, что вы — номер один. Чтобы удерживать лидерство долгое время, нужно постоянно брать на себя больше ответственности. Как вы инвестируете свой статус лидера, чтобы оставаться им?

— Мы чувствуем ответственность, но у нас есть и спокойствие, исходящее от осознания того, что мы делаем максимум. Мы реинвестируем в компанию практически все генерируемые ресурсы. Здесь важен вклад нашего акционера, который позволяет нам оставлять ресурсы, созданные в Италии, внутри страны. Это решающий фактор, и это заслуживает признания. Наша общая миссия — поднимать престиж Ducati, ее технологические возможности и спортивные результаты на все более высокий уровень. Результаты в гонках последних лет просто безумны. Мы завершили цикл из шести побед подряд...

— Да, это невероятно...

— ...как конструктор, и четыре победы подряд как пилоты — такого в истории MotoGP еще не случалось. Циклы по определению имеют завершение. Казалось, что он завершился в начале этого года, а теперь...

— Произошла перебалансировка...

— ...это еще обсуждается. Предстоит еще много событий, так что посмотрим. Но усилия прикладываются максимальные.

— Спокойствие — это то, что мне приятнее всего слышать. В спокойствии, кажется, кроется самый правильный и свободный подход к работе, не отравленный губительным давлением.

— Давление есть, естественно, из-за конкуренции на рынках. Мы живем в беспрецедентно сложном геополитическом моменте для ведения бизнеса в Италии. Если сложить импортные пошлины в США, крайне слабый иен, который дает преимущество японским производителям, и поддержку китайских компаний со стороны государства, позволяющую им инвестировать с невероятной легкостью...

— Прости, ты говорил раньше, что у нас государственная помощь запрещена?

— В Европе государственная помощь полностью запрещена. Государства могут предлагать льготы, например, налоговые кредиты на исследования и разработки, но их масштабы совершенно несопоставимы с тем, что происходило в Китае последние десять лет, подталкивая китайскую авто- и мотопромышленность к росту с почти неестественной скоростью.

— И каков итог?

— Все это создает ситуацию, которая накладывается на другие проблемы, такие как стоимость энергии. В Европе она очень высока, а в Италии — самая высокая на континенте. Очевидно, что это делает промышленное производство в Европе крайне сложным. Поэтому, возвращаясь к вопросу: давление есть. Оно есть в разработке продуктов и на рынке, оно есть в гонках, так как после периода нашего доминирования конкуренция стала гораздо более открытой. Но это давление сочетается с тем спокойствием, о котором мы говорили — с уверенностью в том, что мы делаем все возможное и стремимся к лучшему, сохраняя позитивный климат внутри компании. Нам нравится работать так, где мы можем прощать друг другу ошибки.

— Является ли публика, клиент, фанат частью компании? В каком-то смысле?

— Я не раз говорил, что наше поведение соответствует идее, согласно которой любитель Ducati является одним из главных акционеров компании. Наша путеводная звезда — это постоянный контакт с фанатами, постоянный вопрос к ним: делают ли их счастливым то, что мы делаем? Мы не всегда справляемся. Бывают моменты, когда наши действия не радуют всех наших поклонников. Но в среднем наш внутренний индикатор очень точен. Мы — компания, увлеченная продуктом, гонками и рынком, мы очень близки к клиентам, которые любят все измерять. Этот индикатор говорит нам, что сегодня фанаты счастливы как никогда: и благодаря тому, что произошло на WDW, и благодаря нашим продуктам, и благодаря успехам в гонках. И это, безусловно, лучшая страховка на будущее. Несмотря на всю сложность и трудности, любитель Ducati, ужиная с друзьями, говорит о нас с удовольствием. Конечно, есть те, кто доволен больше, а кто меньше, но сегодня ситуация гораздо лучше, чем 5, 10 или 20 лет назад.

— Идеально. Прости, что занял больше времени, чем планировал (но в глубине души я рад, что не могу представить силы, способной вырвать Ducati из Борго-Панигале). Большое спасибо.